Сперанский М.М., руководитель кодификации законов Российской империи (1832г.), считал результаты предметной систематизации законодательства второй формой законодательства – последующей, систематической в отличие от формы первоначальной, разнородной. Говоря об определенных сводах как "деле законодательном", он выделял Свод Юстиниана, который собрал воедино все действующее законодательство за много веков и заменил все предшествующие законы, и Свод законов Российской Империи, который "представляя буквенный смысл закона прежнего без всякого его изменения, не закрывает, но напротив указует его источники, и быв сопровождаем Полным Собранием самого текста Законов, делает разум их удобнее и для всех понятнее"[1].

В Беларуси первые шаги на пути к систематизации законодательства относятся ко времени правления великого князя Литовского Андрея-Казимира. Привилей 1447 г. – первый конституционный акт, а также судебник 1469 г. – первый кодекс уголовного и уголовно-процессуального права - стали начальной попыткой установить единство правовых норм на всей территории государства. Однако истинно высочайшим достижением феодального законотворчества в Беларуси стали Статуты Великого княжества Литовского 1529, 1566, 1588 г.г. Статут 1529 г. был первым в Европе Сводом законов, в котором были изложены нормы конституционного, административного, брачно-семейного, гражданского, уголовного, судебно-процессуального и других отраслей права. Статут 1529 года стал основой для подготовки последующих Статутов 1566, 1588 г.г. Великого княжества Литовского [2].

Ни один из известных сводов не был единым законом или кодексом кодексов, при их подготовке метод кодификации не применялся. Они готовились с использованием, прежде всего, методов инкорпорации ("фотомонтажа", компиляции) имеющихся актов, их ревизии на предмет отмены недействующих актов и предписаний, объединения однопредметных предписаний в более крупные фрагменты или даже акты, уточнения и упрощения текста, заголовков и других компонентов актов, то есть не были направлены на изменение регулирования общественных отношений, замыкались, в принципе, на решении проблем упорядочения имеющихся актов, совершенствования формы законодательства. [3]

Однако указанные своды хотя и были прежде всего собраниями имеющегося законодательства, вместе с тем представляли в какой-то своей части "новый закон", а точнее – новую форму закона. При их подготовке допускалось внесение изменений не только в форму, но и в содержание нормативных актов (Свод Юстиниана).

[1] Обозрение исторических сведений о Своде законов. Спб., 1833. С. 100–101
[2] Сидорова О.Г. Историческая необходимость и социальная обусловленность возникновения систематизированных нормативных актов в Беларуси. Правовые акты Беларуси: социальная обусловленность, качество, применение и совершенствование (материалы международной научно-практической конференции аспирантов и студентов). Мн.: БНИП, 1999. С.125–127
[3] СССР – Франция: социальные аспекты правотворчества ( по материалам Второго советско-французского симпозиума, Москва, июнь 1978 г.). М.: 1980. С.13